за зуб платили зубом, а за глаз — глазом. Та Флора из Корпола или нет, Моргана не интересовало. Он верил в передачу кармы по наследству. Тот, кто наследовал имя, принимал на себя все последствия такого магического поступка.
План взлома разрабатывал один из антарктических суперкомпьютеров, отчего теперь менеджеру следовало лишь не выходить из очерченной канвы условий. Покинув головолома, Хью дистанционно подорвал заряды модульного офиса.
Следующая команда ушла автоматическим экскаваторам, которые немедленно приступили к переносу мусорных куч туда, где только что стояло офисное строение. Когда между тобой и преследователями несколько сотен тонн несортированного мусора, некоторые разновидности которого имели бы предостерегающий маркер, если бы вывозились на свалку легально, становится легче дышать и жить. Как бы парадоксально это ни звучало.
Лабораторию комплекса “Патала” Морган считал произведением искусства, гордился ею как любимым ребенком, но при этом втайне от других завидовал тем, кто будет наблюдать за ее уничтожением через специально установленные камеры.
Какая-то часть его сознания то и дело напоминала менеджеру, что за красивые глаза на такую должность не назначают, особенно со стороны. Кому-то из совета директоров корпорации “Карфаген Индастрис” потребовался временный администратор, а из автоматической выборки кандидатов на должность его имя оказалось где-то наверху.
Где-то в других реальностях деловитый бот, отслеживая соответствие программе, ежесекундно переводил на тайный счет Моргана небольшие суммы. Такие, каких хватит и на новую смерть, и на более обеспеченную жизнь. История переводов содержала скрытый код, благодаря которому Хью мог поступить на службу новым, более щедрым хозяевам. Морган не страдал от наивности, а потому тоже подготовился как мог.
Профессиональный администратор не представлял себе жизни без работы, сказывалась одна из закладок в мозгу, которую после смерти Муслима Намуши решили не убирать.
Подключившись к рабочей камере одного из экскаваторов, Хьюберт с видом тренера побеждающей команды следил за подчисткой следов. В параллельном мире адреалиновых очков, в окнах расширенной реальности транслировалась серверная работа.
Реальная информация пока что сохранялась в сегментах, которые обслуживали нижние этажи. Все, что выше, подменили физически другими устройствами, способными на время запутать полицию. Притворяться фабрикой по выращиванию модифицированной человеческой кожи было даже интересно, но реальная деятельность все равно велась не выше четвертого подземного этажа.
— Показались, — вздохнул в шифрованном аудиоканале старший оператор. — Рой дронов пересек границу периметра. Идут в предсказанном коридоре, согласно вычисленному графику.
Группе оперативного контроля было хорошо: они контролировали дистанционное прикрытие из транспортных контейнеров, стоявших на погрузке в порту. Туда полиция не могла сунуться даже в теории. Экстерриториальность порта являлась одним из пунктов договора с Логистическим Союзом: рисковать штрафными санкциями в корпоративном парламенте стали бы не раньше, чем скудные картофельные поля сумели бы прокормить всех горожан.
Хью, вместе с парой ассистентов-смертников, оставался в эпицентре событий до последнего. Смертники не знали о своей будущей кончине, а потому волновались, но делали вид, будто вправду бесстрашные. Каждому из них уже достался приличный аванс, вместе с набором смертоносных вирусов, только и ожидавших команды на активацию. Морган старался подстраховываться, а потому оба сопровождающих были обречены.
Антарктический суперкомпьютер в ходе планирования операции учел даже облачность. Спутниковое наблюдение не обеспечивало необходимой детализации, а запущенные на разведку дроны Корпола наводились по алгоритмам поиска похищенного копа. Чтобы отвлечь их от подземного ангара, забитого дешевыми, но агрессивными дистантами, Морган отдал короткую команду через свой чип.
— Сбивайте.
Сигнал за доли секунды достиг операторов. С десяток мусорных куч воспламенились, когда из их недр влетели в небо компактные ракеты класса “воздух-земля”.
Морган аж зажмурился при мысли о том, сколько денег пришлось потратить, выигрывая своему начальству драгоценные секунды. В подлинную цель операции менеджера не посвящали, чему тот был несказанно рад. Всегда лучше верить в обманку, которую он недавно скармливал привлеченному со стороны головолому, нежели докапываться до истины.
Те, кто разбрасывался такими суммами вряд ли оставили бы Хьюберта в живых, прояви он избыточное любопытство. Перепрошивка мозгов дешевле, но, если у тебя есть Y-хромосома, даже перепрошитые мозги нельзя считать надежным хранилищем данных.
09
Суточное дежурство Матильды Кох, комиссара с мандатом от корпоративного парламента, началось с летунов. В полицейском домене это происшествие проходило под четырехзначным приоритетом и почти не влияло на уровень опасности в городе.
Кто-то ломанул двух парней и направил их в добровольный полет из окна на девятом этаже, аккурат напротив старинного форта Сен-Николя, чудом пережившего применение тяжелого плазменного оружия за два десятка лет до этого. Дело затерялось бы в ежедневных отчетах, не окажись один из парней бойфрендом дочери одного из городских чиновников. Немного лоббизма и статус происшествия мутировал в сторону трехзначных приоритетов.
Шесть минут работы связки из комплекта сканирующей аппаратуры и специализированного суперкомпьютера закрыли проблему с летунами: один из них купил с рук то, что принял за электронный наркотик. Неизвестный продавец неосторожно охарактеризовал содержимое носителя как “полный улет” и паре скучающих дебилов этого оказалось достаточно.
Сигнал о похищении из служебной квартиры сотрудницы одного из особых, литерных отделом, поступил не сразу. Злоумышленники талантливо имитировали перебои связи, приурочив их к регулярной очистке магистральных каналов от незарегистрированных подключений и жучков. Однако экспертная система назначила для данного происшествия высокий двузначный приоритет, отстоящий от наивысшего всего на три позиции.
При таком раскладе Матильда была обязана присутствовать при расследовании. Уровень городской опасности при этом отчего-то тоже поднялся до двухзначного.
Солнце еще не взошло, а уже норму неприятностей выбрали, недовольно подумала представительница парламента, осуществляя положенные процедуры для входа в виртуальное пространство повышенной защищенности. Высокий приоритет потребовал отключиться от двух релакс-каналов и поменять прямой нейроконтакт с автомассажистом на программный сценарий.
Немного, однако не слишком убедительно утешало Матильду обещание весомой записи в ее рабочем профиле. На стандартном дежурстве любой двузначный приоритет являлся редкостью, выделяющей сотрудницу в негласном парламентском рейтинге. В ожидании пересмотра годичных квот на обслуживание города это могло стать одним из третьестепенных аргументов в пользу того или иного контракта ее родной корпорации.
К счастью, рабочая сенс-камера не только поддерживала тонус тела и следила за здоровьем комиссара, но и обеспечивала быстрое подключение к служебным ресурсам.
Пространство контроля за операцией оформили по шаблону, как просторный кабинет с множеством мониторов, круглым сенсорным столом и ненавязчивым музыкальным сопровождением в фоне.
Помимо Матильды в кабинете уже сидели два эксперта, оба мужского пола, а также представительница литерного отдела. Еще над десятком кресел мерцали голографические изображения с меньшим разрешением. Так отображалось присутствие участниц, находящихся “в поле”. Эти дамы в настоящий момент не имели возможности полноценно подключиться к собранию — их присутствие эмулировала
